Меню



Пишешь любую хуйню лукомников


Всё это, конечно, относится к авторской речи, которая в лирической поэзии преобладает. Я имею в виду, в первую очередь, язык современной науки, поскольку ров между гуманитарными и естественнонаучными знаниями за последнее время никак не сузился — даже хуже, объём собственно гуманитарных знаний, который мы сегодня по умолчанию полагаем обнаружить в авторе художественных текстов, невелик по сравнению с прошлыми столетиями, исповедальность лирики последних десятилетий сослужила ей плохую службу.

Поэтому по-настоящему удачных обращений русской поэзии к по-настоящему обсценной лексике мало — это тяжёлая и нетривиальная задача.

Пишешь любую хуйню лукомников

Для меня очень важна естественнонаучная лексика — не сама по себе, а как составная часть естественнонаучных концепций, настойчиво требующих включения в поэтический универсум. Теряюсь в догадках. Поэт — тараканщик.

Пишешь любую хуйню лукомников

Теряюсь в догадках. Не нужны оправдания. В русском языке, как и в любом другом, обслуживающем развитое общество игнорируя некоторые национальные особенности этого развития , есть огромные пласты неиспользованной лексики, куда некоторые поэты в лучшем случае совершают лишь робкие набеги.

Он не отвечает ей на письмо. Мы часто недооцениваем влияние на нас разных случайных мнений.

У поэзии нет фиксированного центра, её низ и верх определяются только её положением в пространстве; высокое и низкое чистое и грязное, сильное и слабое, плохое и хорошее определяются для поэзии не гравитацией притяжением снизу , а тем, как она располагает себя по отношению к ним. Локальные, время от времени, эффектные и точные примеры использования обсценной лексики в стихах — случаются см.

Соответствовать ей лексически сравнительно несложно — интонационно гораздо сложней, потому что интонация трудней поддаётся анализу, как походка или индивидуальная манера жестикуляции. С точки зрения поэзии слово — инструмент и материал.

Неплохо было бы запретить использование любого уже существующего поэтического дискурса и соответствующей лексики, как и синтаксиса, пунктуации, манеры чтения и пр. Впрочем, вопросом легитимности Госдума решила озаботиться без нас. Мутную поэзию довольно легко делать из мутной философии, но я и не имею в виду Хайдеггера.

Очевидный риск — потери в читательской аудитории, либо в связи с прямым непониманием с её стороны, либо в связи с собственным неуклюжим дилетантизмом, забеганием вперёд собственной эрудиции. В социуме роль локальных запретов реализует стилевой этикет, любой грамотный носитель языка пригоняет свой лексический аппарат к ситуации, и поэтому опасность, что такой носитель прибегнет к мату в надгробной речи или в детском саду, обычно невелика.

Думаю, чтобы адекватно использовать контекстуально обсценную лексику, читателю должно быть очень смешно или очень страшно. Но есть и второе соображение. Просто берёт. Третий ресурс — продолжение присвоения, калькирования в самом широком и лучшем смысле слова — моделей, существующих в референтных языках:

Эта мразь всё чувствует и всё понимает, и литература для неё всегда была и остаётся — важнейшим полем битвы. Что касается запретов чисто административных, то они подразумевают, что у языка есть начальники, которые вправе распоряжаться его употреблением.

Что касается запретов чисто административных, то они подразумевают, что у языка есть начальники, которые вправе распоряжаться его употреблением. Но вообще, разумеется, никаких слов запрещать не надо. Для меня очень важна естественнонаучная лексика — не сама по себе, а как составная часть естественнонаучных концепций, настойчиво требующих включения в поэтический универсум.

Сюзанна Мейнард — когда пишет письмо — находится вне центра своего мира.

Или — он отвечает ей в конце концов, и их переписка продолжается. В социуме роль локальных запретов реализует стилевой этикет, любой грамотный носитель языка пригоняет свой лексический аппарат к ситуации, и поэтому опасность, что такой носитель прибегнет к мату в надгробной речи или в детском саду, обычно невелика.

Они же — канцеляризмы — широко задействованы в анекдотах, где взрыв возникает в результате переключения речевых регистров — с формального на неформальный и наоборот. Мы часто недооцениваем влияние на нас разных случайных мнений.

Просто берёт.

Поэзия как Сюзанна Мейнард как поэзия. Нарушением табу политкорректности? При любом использовании материалов сайта гиперссылка на www.

У поэзии нет фиксированного центра, её низ и верх определяются только её положением в пространстве; высокое и низкое чистое и грязное, сильное и слабое, плохое и хорошее определяются для поэзии не гравитацией притяжением снизу , а тем, как она располагает себя по отношению к ним.

Третий ресурс — продолжение присвоения, калькирования в самом широком и лучшем смысле слова — моделей, существующих в референтных языках: От современного поэта этого, может быть, даже ждут, чтобы подтвердить свою правоту и возмущение.

Я вижу по меньшей мере три ресурса обновления, из разных сфер. Мне представляется, что обсценизмы — один из многих предметов лингвопоэтического исследования, и поэт здесь в своём праве.

Поэтому по-настоящему удачных обращений русской поэзии к по-настоящему обсценной лексике мало — это тяжёлая и нетривиальная задача. Моя свобода — это мой язык. Во всяком случае — в русском языке.



За сунуть хуй в пизду
Попай шаулиня torrent
Лесби совращение натуралки
Я насрал под синагогу
Видео пацан отпиздел гопника
Читать далее...

<